Skip to main content

СВЯТЫНИ КАФЕДРАЛЬНОГО СОБОРА

ИКОНА ПРЕПОДОБНОГО СИМЕОНА СТОЛПНИКА

ПОДРОБНЕЕ О преподобном Симеоне Столпнике

Преподобный Симеон Столпник - покровитель нашего кафедрального собора, нашего города и его первого древнего монастыря родился в конце 4 века на территории Сирии, входившей в состав Византийской Империи. Святой родился около 390 года в городе Сисане, вблизи Антиохии, столичного города восточной провинции Империи. Время и место рождения святого были особые. Особенность места его рождения заключалась в том, что Сирия была местом, где зарождалось христианство, образовывались первые христианские церкви. Культурный потенциал арамеев-сирийцев, в большинстве населявших эти территории, во многом определил христианскую поэзию, гимнографию, литературу, прикладное искусство, музыку и богословие. Говоря же о времени, в котором пришлось жить св. Симеону Столпнику - 4-5 века, стоит заметить, что это время является начальным для становления монашеской жизни в Сирии.  Монашеское движения, начавшееся в Египте, Палестине в начале 4 века, появилось в Сирии во второй половине 4 века. Предшественниками сирийского монашества были группы энкратов (гр. „энкратия” - воздержание), людей, берущих на себя обеты воздержания, иногда необычайно строгие. Строгость и стремление к особому подвижничеству стало одной из особых черт сирийского монашества. Характерно, что именно в этой среде появился такой подвижник как преподобный Симеон. О жизни святого нам повествуют несколько источников, среди которых наиважнейшие - это описание его подвигов у Феодорита Кирского в его "Истории боголюбцев", который был современником и лично знал святого Симеона, византийское житие Преподобного, приписываемое ученику святого, Антонию, сирийское житие, написанное в 6 веке, а также "Церковная История" Евагрия Схоластика (6 век).

Главный образ, связанный с преп. Симеоном, это его подвиг стояния на столпе. Этот, казалось бы, диковинный образ, открывает нам духовный мир св. Симеона. Юношей, занятием которого было пасти овец своего отца, он услышал в храме заповеди блаженства из нагорной проповеди Христа. Удивительные слова о блаженстве пленили его. Блаженнии (гр. "макариои") - это особое библейское выражение, которое имеет отчетливый формульный характер. Дословно его перевести нельзя, оно как бы описывает целый комплекс состояний человека. Чертой этого выражения является его соответствие чувству радости и счастья, но счастья как преображающего состояния человека, которое не ограничивается единичными проявлениями и реализациями, а обымает всего человека. В нем уживаются все состояния человека и горесть, и радость, и боль, и восторг. Именно поэтому оно имеет преображающий характер, оно отвечает реализации самого глубинного смысла человеческой жизни. Этим смыслом не может быть абстрактная идея, или же какая-то жизненная цель - человек ищет смысл вровень с собой, чтобы этот смысл был чем-то живым, реальным, а, в тоже время, и абсолютным, всеобъемлющим. Такой смысл и счастье открыты человеку во Христе, который будучи человеком, являет в себе абсолютного Бога, открытого для человека. Поэтому святой Симеон был ярым борцом с ересью Нестория, учившим о лишь частичном соединении во Христе Бога и Человека. Блаженные люди всегда отличаются от остальных, именно поэтому слово "блаженный" имеет и пееративное значение, будучи определением ненормального человека. Святой Симеон с юности захотел быть человеком "не от мира сего". Поэтому он и оставил мир, приняв иноческий постриг, облекшись в новую жизнь. Эта новая жизнь во Христе давала ему силу нести невообразимые подвиги, описывая которые Феодорит Кирский, лично знавший святого, просит прощения читателя, чтобы тот не подумал, что это вымысел. Избрав пустынный образ жизни, святой Симеон уходит из монастыря в безлюдное место. Пустыня в сознании анaхоретов - монахов пустынников - была местом, где человек один на один встречается с самим собой, где можно узреть всю свою суть, сказать о себе всю правду, какой бы страшной она не была. Поэтому это не бегство от проблем, это испытание себя самим собой. Святой Симеон избирает для себя поначалу подвиг многодневного стояния, а затем развивает его в подвиг столпничества. На гористой возвышенности, недалеко от своей келии он строит столп (колонну), на вершине которой находилась небольшая огороженная площадка, примерно 2*2 метра, на которую вела приставная лестница. Высота столпа поначалу была около 3 метров, затем святой повысил свой столп до 6 метров, а затем и до 18 метров, как бы исполняя юношеское видение, в котором святой трижды услышал голос, призывавший его все глубже копать фундамент для готовящейся постройки, как образ его духовного созидания. Святой находился как бы между небом и землей. Характерно, что Евагрий Схоластик называет его "воздушным святым", говорит о нем как находящемся в серединном положение, между небом и землей, Богом и людьми. Святой действительно был посредником, как молитвенник и чудотворец. К его столпу стекалось множество людей с просьбой о молитве и за духовным советом. Святой был известен во всей империи - избрав неподвижный подвиг, он подвиг к себе толпы людей. К нему приходили из Египта, Палестины, Персии, Анатолии, Италии, Британии, Галии, кочевники с аравийского полуострова, епископы и цари, знать и простые люди. Исцеляя людей, святой не позволял им считать, что он их исцелил, они должны были осознать, что святой творит чудо благодатию Христовой и сам Христос есть единственный врачуюший человека. Святой для современников явился квинтэнссенцией подвижничества, как практики самопознания и обожения человека во Христе. Святой Симеон был родоначальником стилитизма - столпничества. В римской империи была традиция возводить императорам колонны, на вершины которой устанавливалась статуя, что было способом глорификации императора, образом его славы. Святой Симеон совершает инверсию этого образа - воздвизает себе колонну, и сам живой остается на ее верху в течении 49 лет, унижая и испытывая себя, одновременно становясь образом славы божией, а не своей, живым образом Христа. Человек, вознесенный на столпе между небом и землей, оставаясь сам с собою, в бездвижной молитве, переживает состояние отрешенности. Человек лишает себя всего, всякого чувства, желания и действия тела и души, в экзистенциальном одиночестве видит, что его единственной радостью может быть только Христос. Христос осмысляет всю жизнь. Святой представился во время молитвы на своем столпе в 459 году. Его тело было погребено в Антиохии в Великой Церкви и являлось благословением всего города. На скалистом месте подвига святого образовался один из самых больших монастырей Сирии, а на террасах ниже возник целый город, который от имени святого был назван Симеона. До сей поры сохраняются руины монастыря, с величественным храмом 6 века, построенном в форме креста, на средокрестии которого, в открытом дворе, находился столп Преподобного, основание которого и по сей день на своем месте. Минуя время и расстояние, св. Симеон стал покровителем нашего города, приняв покровительство над его древнейшим монастырем. После уничтожения монастыря при строительстве крепости, духовным приемником брестской святыни стал новый кафедральный собор. Наш собор, никогда не закрывавшийся, воплотил образ своего покровителя, являясь столпом, единственным ориентиром в коммунистических реалиях, будучи единственной действующей церковью нашего города. Покровительствуя храму и городу, святой Симеон всем нам помогает, но и призывает всех нас своими подвигами не бояться испытать себя, превозмочь себя, не бояться совершить невозможное и, хоть иногда, все свое упование возложить на непоколебимом основании - Христе.

Автор: Виталий Михальчук

РАКА С МОЩАМИ ПРЕПОДОБНОМУЧЕНИКА АФАНАСИЯ, ИГУМЕНА БРЕСТСКОГО

ПОДРОБНЕЕ О ПРЕПОДОБНОМУЧЕНИКЕ АФАНАСИе, ИГУМЕНЕ БРЕСТСКОМ

Частица мощей святого преподобномученика Афанасия, игумена Брестского, привезена в 1995 году из Леснинского монастыря митрополитом Филаретом (Вахромеевым). 

Жизненный путь преподобномученика Афанасия начался на брестской земле в конце 16 века. Рождение святого примерно совпало с подписанием Брестской церковной унии 1596, которая виделась как возможность объединения Восточной и Западной церкви, а фактически явилась не только порабощением православия, но и стала еще одним препятствием к объединению церквей - церковь знает только лишь понятие единства во Христе, но ни как понятия унии, некого соединения на основах административного подчинения, фиктивного, материального единства, а не единства богословского, христоцентричного. Юношеская жизнь преподобномученика была сосредоточена вокруг братских православных школ, особого феномена культуры Великого Княжества Литовского конца 16 и 17 веков. Церковные братства явились в конце 16 века основой сплочения и залогом культурного развития православных в Речи Посполитой. Создаваемые на основе объединения православных мирян шляхетского и мещанского сословий, на подобие цеховых обществ, братства стали самостоятельным субъектом, имеющим свои привилегии от короля, епископа, а некоторые из них (Виленское, Львовское, Слуцкое, Могилевское) имели статус ставропигиальных, подчиненных непосредственно константинопольскому патриарху. Главной задачей братств была организация школ, издательской деятельности, больниц, домов для престарелых, забота о неимущих и защита интересов православной церкви, т. к. братства в правовом обществе Речи Посполитой имели широкие гражданские права. Братские школы были тем местом, где просвещение Великого Княжества Литовского реализовало ренессансные образцы образования. Школы основывались на преподавании греческого, латинского, польского и славянского языков, системы семи свободных наук (грамматика, риторика, диалектика, арифметика, геометрия, астрономия, музыка). Братства нанимали дидаскалов - преподавателей, которые представляли интеллектуальную элиту своего времени, вели научную, переводческую, издательскую  деятельность, были воспитанниками западноевропейских университетов.

В этой среде рос св. Афанасий, прекрасно владевший греческим, латинским, польским и славянским языками, обладавший широкими познаниями и представлявший высокообразованный тип священнослужителя эпохи Петра Могилы. Без сомнения, преподобный Афанасий свое образование получил в Вильно, в среде известнейшего ставропигиального Свято-Духова братства, после окончания которого св. Афанасий, возможно, продолжил свое образование в Виленской Академии. После окончания обучения преподобный Афанасий, еще в светском звании, становится придворным учителем у великого канцлера и гетмана литовского Льва Сапеги, что также свидетельствует о прекрасном образовании св. Афанасия. Оставив службу при магнатском дворе, преподобный Афанасий в  1627 году  принимает монашеский постриг в Свято-Духовом Виленском монастыре. Первая половина 17 века, на которую приходится церковная деятельность преподобного Афанасия, характеризуется новой волной активности православного духовенства и мирян Речи Посполитой, связанной с возобновлением православной иерархии в 1620 иерусалимским патриархом Феофаном III. Возобновление православной иерархии, избрание православного митрополита киевского и всея Руси, улучшение правового положения православных при короле Владиславе IV, способствовали тому, что в первой половине 17 века православные активизировали свои интеллектуальные и творческие силы: были открыты новые школы, строились новые храмы, открылись новые монастыри, была организована Могилянская Академия и, что самое главное, начался новый этап богословской полемики, богословского обоснования несостоятельности унии. Именно в этот богословско-культурный процесс вписывается деятельность преподобномученика Афанасия.

Несколько лет преподобный Афанасий подвизается в Кутеинском монастыре под Оршей и Мижгородском под Киевом, чтобы затем около 1633 года стать наместником настоятеля Дубойского монастыря под Пинском. Когда в 1637 году Дубойский монастырь был насильно закрыт, св. Афанасий переходит в недавно образованный Купятицкий монастырь, вблизи Пинска, прославленный своей древней чудотворной иконой, которая станет путеводительницей всей его жизни. Из Купятицкого монастыря начинается путешествие св. Афанасия, послужившее основой его "Диариуша", описания путешествий, видений и духовного опыта преподобного, дополненное полемическими сочинениями святого, направленными на защиту православия. Именно в такой форме "Диариуш" является для нас окном в духовный мир преподобного Отца, позволяя осознать смысл подвига преподобного Афанасия. В 1637 году преподобный Афанасий начинает свое необычное путешествие, которое определило его жизнь. "Диариуш" является дневником путешествия св. Афанасия к царю Михаилу Романову за милостыней, что было частой практикой не только православных в Речи Посполитой, но и восточных патриархов и афонских монахов. Образ путешествия становится формулой духовной жизни и мистических видений св. Афанасия. В своей эстетическо-духовной интуиции "дороги-путешествия" святой Афанасий сопричастен важнейшему архетипу, реализованному в литературе от Гомера до Джеймса Джойса, как одна из главных литературных попыток осознать человеческую жизнь. Составление "Диариуша", начатое на постоялом дворе в Москве, а оконченное в 1646 в заточении, стало попутчиком всех событий жизни Святого, подчиняя все происходящее образу путешествия: человека замкнутого в границах дороги, которая с каждым шагом приносит ему новое осознание себя и новое откровение Христа в жизни человека. Образ путешествия, реально пережитый, как очень сложная и опасная дорога в Москву, которую св. Афанасий прошел без документов, необходимых для пересечения государственной границы, встречая препятствия и чудесную помощь, стал тем опытом, который определил мироощущение св. Афанасия, утвержденное на всецелом уповании Богу, заставляющему его чувствовать полную отдачу воли Божией, а благодаря этому чувству, осознавать себя как орудие божие, в данных исторических условиях направленное на защиту восточной церкви. Такое чувство, мистически пережитое, позволяло св. Афанасию на неординарные поступки, смелые речи, нарушение устоявшихся правил общества и церкви, дерзновенное глашение необходимости "успокоить права греческой веры".

Св. Афанасий начинает свое путешествие от чудотворного образа Купятицкой Богородицы, от которой слышит голос Богородицы, укрепляющий его и уверяющий, что Богородица будет с ним. В образе Купятицкой Богородицы, на которой Пречистая изображена в кресте (крест-энколпион 12 века) суммировалась духовная жизнь преподобного, основой которой было почитание Богородицы, образа чистоты, святости, совершенства, спасения и обновления человеческого естества, и почитание Христа, неустанное памятование его сладчайшего имени, мистика имени Христова, творения Иисусовой молитвы, которая определяла молитвенную практику преподобного. Купятицкая икона как бы соединяла христологическую и мариологическую сторону его духовной жизни. Характерно, что именно эти стороны духовной жизни св. Афанасия нашли углубленную трактовку в православной традиции Великого Княжества Литовского, где византийское благочестие восприняло влияние западноевропейской мистики эпохи барроко (стоит заметить, что первый акафист сладчайшему имени Иисусову написал Ф. Скарына). Также важно, что образ Купятицкой Богородицы для св. Афанасия стал и символом православной церкви, где Богородица, как место обитания Христа символизирует церковь, переживающую как Христос на кресте страдания и унижения. По дороге в Москву преподобный видит знамение Купятицкой иконы Богородицы на небе, укрепляющей его в отчаянии и успокаивающей его страх. 17 век на пространстве почти всей Европы характеризовался повышенным апокалиптическим чувством, которое отчетливо прочитывается и у св. Афанасия, для которого купятицкий образ становится знаком времени. Он просит царя московского, чтобы тот поместил купятицкий образ на свои военные хоругвии, а в обращении к королю Владиславу IV просит, чтобы король поместил изображение Купятицкой Богородицы на колонне в центре Варшавы, куда годом ранее был поставлен памятник Сигизмунда III, отца короля. Св. Афанасий просит это сделать для спасения Речи Посполитой, залогом чего должно явиться аннулирование унии, которая в противном случае приведет к упадку государства, к исполнению апокалиптических пророчеств. Св. Афанасий призывает двух монархов усмотреть в образе и знамениях Купятицкой Богородицы знак времени, апокалиптическую трубу божию, призывающую к умирению раздоров, обращению народов и церквей ко Христу. Образ Купятицкой Богородицы синтезирует духовные чувства и переживания святого. Именно перед этим образом, копию которого св. Афанасий заказал в бернардинском монастыре Бреста, уже, будучи игуменом в городе над Бугом, святому было видение Богородицы, призывающей преподобного Отца к защите восточной веры и к тому, чтобы люди осознали, что уния не есть дорога к единству церквей, а очередная преграда.

В 1640 году св. Афанасий поставлен игуменом древнего, брестского Свято-Симеоновского монастыря. Двумя годами ранее, брестские мещане обратились к настоятелю купятицкой обители о. Илариону Динисовичу, чтобы прислать в Брест Литовск на игуменство одного из двух достойных кандидатов: о. Макария Токаревского либо о. Афанасия Филипповича. Знаменательно, что два духовных друга, причисленные к лику святых, приняли мученический венец (св. Макарий от турок в Каневе в 1678 году) и вдвоем покровительствуют брестской земле. Жребий пал на св. Афанасия, а св. Макарий стал игуменом в близлежащем Каменце и состоял в переписке с брестским игуменом-собратом. В Бересте Литовском св. Афанасий отыскал в монастырских архивах королевские и епископские привелеи православного братства и монастырей, которые необходимо было подтвердить у короля Владислава IV. Три раза св. Афанасий приезжал в Варшаву к королю и на сейм для защиты православия, подтверждения прав монастыря и брестского православного братства, возобновленного его стараниями. Каждый раз св. Афанасий посылал королю и сенаторам графики с изображением Купятицкой Богородицы, отпечатанные в киевской друкарне. Три путешествия в Варшаву (1641, 1643, 1645), описания которых св. Афанасий включил в свой "Диариуш", стали очередным жизненным и литературным осознанием себя и своего подвига. Варшавские путешествия запечатлелись новыми видениями и испытаниями. Во время первого приезда 1641 года преподобный Афанасий видел видение молодой девы, которая бежала около костела Пресвятой Богородицы на новом городе в Варшаве, которая просила помощи, будучи ограблена и брошена. Святой, углубленный в Иисусову молитву, увидел в молодой девушке образ церкви, брошенной и ограбленной, которая нуждается в помощи. Дерзновенные слова и пророчества преподобного на сейме вызвали острую реакцию не только власти, но и церковных иерархов. Проведя в аресте в Киево-Печерском монастыре год святой вернулся в Брест. В 1643 году, во время второго приезда на сейм, св. Афанасий протестовал против притеснения прав православных братств и граждан, приняв на себя подвиг юродства, чувствуя, что юридическим путем не может добиться правды. Он нагим, в марте месяце, оставив на теле один параман и куколь, измазавшись в болоте, как сам сказал "приняв на себя образ безумного и имея имя Христово на сердце вырытое", ходил по улицам Варшавы бия себя палкой, крича по-польски и по-латински, протестовал против притеснения православных. Святой был арестован, осужден церковным судом и даже лишен сана и сослан в Киев, претерпел унижения и заточение. Но сам митрополит Петр Могила оправдал святого и спустя год он вернулся в Брест. В 1645 году последовал следующий арест, следующие унижения. В тюрьме св. Афанасий пишет кант, положенный им на музыку, отображающий его состояние, плач о православной вере. Поэзия и музыка явились для эстетической натуры св. Афанасия еще одним способом открыть людям свой духовный мир. В "Диариуше" отчетливо чувствуется, что св. Афанасий боится, сомневается, но как пророк, подчиняется не себе, а божиему призыву и откровениям Пресвятой Богородицы, являющейся святому во время молитвы перед купятицким образом, которая подвигла св. Афанасия на защиту православия, новые выступления и апелляции к власти. Св. Афанасий был освобожден по приказу короля Владислава IV, но снова сослан в Киев откуда в Брест вернулся в 1647. В 1648 году, после смерти короля Владислава IV, в обстановке возобновившихся гонений на православных и начала казацкого восстания, св. Афанасий был арестован и заточен в Брестский замок. Власти воспользовались военным положением, которое давало им повод избавиться от неугодного игумена, при помощи бесправного "каптурового суда", институций создаваемых спонтанно в военное время, обвинили Преподобного в помощи казакам Б. Хмельницкого, что было лишь удобным предлогом, полностью сфабрикованным, о чем свидетельствовали и современники. Св. Афанасия пытали и требовали отречься от православия, что выдает действительный повод ареста - у государственных преступников не требуют отречения от веры. Св. Афанасия расстреляли 18 сентября 1648 года, неподалеку от Бреста вблизи деревни Гершоны. Лишь год спустя монахи обрели тело своего игумена и похоронили его в Симеоновской церкви брестского монастыря. Почитание святого началось сразу после его смерти, как великого подвижника, молитвенника и мученика. Уже в 1667 году митрополит Иосиф Тукальский благословил открыть могилу св. Афанасия, были обретены его святые мощи, прославленные чудесами. На этом закончилось путешествие святого Афанасия от рождения до прославления в лики святых.

Святой Афанасий явился свидетелем, мучеником, который не только засвидетельствовал свою веру, но и стал для нас свидетелем того, что Христа можно встретить в жизни, что наше жизненное путешествие - это искание Бога, а ее цель - встреча с живым Христом. Такая встреча изменяет всю нашу жизнь, делая нас не только праздными путешественниками, ищущими новые виды, а свидетелями, которые увидели что-то особое, то, что преобразило наше путешествие, благодаря чему мы уже не странники, мы друзья Христовы, мы пришли домой. В своем "Дириуше" св. Афанасий описывает главную встречу в своем путешествии, откровение живого Христа. Около 1630 года св. Афанасий шел в Вильно и в пуще перед Мозырем встретил тяжело больного человека, которого святой взял на руки и понес. Человек открывал удивительные тайны богопознания, дал святому завет на жизнь, а на вопрос святого, как его зовут, назвался сладчайшем именем Иисус. Господь оставил святому Афанасию 5 правил, которые святой, как свидетель передал и нам: со всеми людьми мир иметь; монашеское послушание, чистоту и нестяжание сохранять; о двоякой смерти помнить (духовной и телесной); всегда и во всем воли божией предаваться; а если против воли божией пошел, немощи телесной поддался - исповедью и покаянием себя очищать. Эти слова, как и вся жизнь нашего блаженного Отца, остается для нас его завещанием, живым свидетельством жизни во Христе.

Автор: Виталий Михальчук

ФЕОДОРОВСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ

ИКОНА СВЯТИТЕЛЯ НИКОЛАЯ ЧУДОТВОРЦА

НАДВРАТНАЯ ПОЧАЕВСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ

ПОДРОБНЕЕ О НАДВРАТНОЙ ПОЧАЕВСКОЙ ИКОНЕ БОЖИЕЙ МАТЕРИ

Почаевская икона Божией Матери появилась в соборе в 1937 году. Ее историю сохранила для нас Людмила Тарима (в замужестве Хомич), дочь протоиерея Михаилы Таримы. Отец Михаил до Второй Мировой войны был викарным священником кафедрального собора, а после войны настоятелем Братской Свято-Никольской церкви. Его две дочери близняшки - Ира и Мила - были свидетелями его служения и исповедничества - по ложному обвинению отца Михаила, любимого и активного настоятеля, арестовали и осудили на 25 лет лагерей - это было наказание за категорический отказ сотрудничать с КГБ. Людмила Михайловна запомнила две истории, связанные с иконой Почаевской Божией Матери в соборе. Первая связана с ее появлением в 1937 году. Настоятель и духовенство собора, во главе с протопресвитером Стефаном Жуковским заказали надвратную икону Почаевской Божией Матери в самой Лавре, и в летний период, когда икона была создана, в Почаевскую Лавру направился Крестный ход брестчан, которые должны были принести в свой город святыню. Крестный ход был многодневным, ночевали в деревнях, а за крестным ходом ехала подвода с провизией и на случай, когда кому-то станет тяжело идти. Икону получили как благословение Лавры и также пешком отнесли в Брест, где крестный ход торжественно был встречен горожанами. Икону согласно почаевской традиции поместили над царскими вратами и в день празднования спускали для поклонения. Эта традиция, спускать икону раз в год, была прервана лишь однажды. Людмила Михайловна вспоминала, что во время немецкой оккупации, духовенство собора приняло решение спускать икону каждую субботу, после Всенощного бдения. Это была безмолвная молитва о мире, преодолении зла. Каждый знал, что это знак милости, посещения Богородицей страждущих людей, которая тихо, в вечерний час приходит, чтобы утешить, выслушать. Нельзя было говорить проповедей о зле фашизма, нельзя было воодушевлять людей словом, поддерживать их, это все безмолвно совершала икона, которая сходила с высоты Царских врат, удостоверяя, что Богородица с людьми. Теперь же, как и прежде, икону спускают каждый год в день памяти Почаевской иконы Пресвятой Богородицы 23 июля.

Автор: Виталий Михальчук

ИКОНА ПРЕПОДОБНОЙ ЕВФРОСИНИИ ПОЛОЦКОЙ С ЧАСТИЦЕЙ МОЩЕЙ

ИКОНЫ СЕМЕЙСТВА САХАРОВЫХ В КИОТЕ

ПОДРОБНЕЕ ОБ ИКОНАХ СЕМЕЙСТВА САХАРОВЫХ В КИОТЕ

Иконы семейства Сахаровых в киоте, подаренные в 1888 году, одна из них называется «Умножение любви», на ней изображена Матерь Божия с Богомладенцем Иисусом и Иоанном Крестителем. В 1990-е годы икона «Умножение любви» находилась на иконостасе рядом с чудотворной иконой Спасителя. Впоследствии эти образа скомпоновали, добавив к ним еще один, и поместили в единый аркообразный киот, который можно увидеть на правой от главного входа стене. На обратной стороне рамки прикреплена табличка «От Григория и Марии Сахаровых, 1888 г.». Иконы были подарены собору бездетными супругами. По одной версии, после молебна, совершенного у иконы, излечились ноги у больного мальчика. По другой - избавился от гангрены на ноге ехавший из Польши военный и, якобы в знак благодарности, изготовил серебряную ножку для украшения иконы «Умножение любви».